Муниципальное бюджетное учреждение
«Сабинский централизованный краеведческий музей»

Раздел «История развития Сабинского лесного хозяйства»

Начало государственного управления лесами в России и принятие первых лесных законов связано с корабельными лесами и рощами. Именно корабельные рощи, вследствие их огромной важности для государства, были почти единственной причиной издания первых лесных законов в России и впоследствии обращали на себя постоянное внимание. Понятия собственности на лес из-за обилия лесных массивов на территории Российской империи не существовало. Начало реформ при Петре Великом значительно увеличило потребности в лесных материалах. Укрепление морских рубежей потребовало развития морского и речного флота, для постройки которого нужен был лес определённых пород, особо крупных размеров и совершенно здоровый — корабельный. Именно в связи с кораблестроением в России впервые начали описывать леса, отграничивать и выделять заказные и корабельные рощи, закреплять их за адмиралтействами и содержать по правилам лесоводческой науки.

С 1703 года заповедные леса находились в ведении Адмиралтейств-коллегии. В губерниях и провинциях за ними наблюдали губернаторы и воеводы. В 1730 году в Казанской губернии было найдено и описано большое количество лесных рощ, годных для кораблестроения, площадью около двух тысяч вёрст (2 120 км) в длину и тысячу вёрст (1 060 км) в ширину. В 1846 году количество корабельных рощ в Казанской губернии составляло 198, в том числе в Мамадышском уезде — 21. До наших дней на территории Сабинского лесхоза сохранилось несколько рощ. В них дуб потеснили ель, липа, берёза и осина.

Впервые сабинские леса упоминаются в архивных документах в 1850­е годы. В 1853 году леса Казанской губернии разделяются на три округа и 24 лесничества. В ведомости о казённых лесах Казанской губернии за 1856 год им даётся оценка. Леса хорошего качества, исключительно хвойные, располагались в Царевококшайском и Козьмодемьянском уездах; посредственные, преимущественно дубовые — в Чебоксарском, Ядринском, Цивильском, Спасском, Чистопольском и Мамадышском уездах и самые худшие — в Казанском, Лаишевском, Свияжском и Тетюшском уездах.

Территория нынешнего Сабинского лесхоза в XIX веке входила в 3­е Мамадышское лесничество одноимённого уезда. Всего в Мамадышском уезде было три лесничества. В 1853 году образцовых лесных усадеб в ведомстве Казанской палаты Министерства государственных имуществ не имелось. По всей губернии было устроено 47 семейств постоянной стражи. Сохранение лесов считалось первоочередной задачей министерства. Сплав древесины осуществлялся по рекам Волга, Кама, Вятка и другим. Постоянных лесных застав для предуп­реждения безбилетного сплава в Казанской губернии не было. Временные надзоры под наблюдением лесных офицеров и объездчиков находились в Казани, Чистополе, Мамадыше, Лаишеве и Тетюшах. Лесничий 3­го Мамадышского лесничества Илья Маньковский в 1853 году удостоился похвалы руководства за «особенную деятельность по предупреждению истребления лесов». В том же году его отметили за «особенное рачение в укреплении летучих песков, в отношении инструментальной съёмки и описания лесов». На лесной службе он состоял с 1833 года.

В 1853 году губернский лесничий провёл ревизию в десяти лесничествах. Из его доклада следует: границы между 2­м и 3­м Мамадышскими лесничествами оказались заросшими; обходы расположены удобно для охранения лесов; имеется достаточное количество лесной стражи; дома постоянной стражи в исправном состоянии; лесные объездчики, военные сторожа и стрелки снабжены полной амуницией. Ревизор отметил также, что военные сторожа находились в жалком состоянии. «Необходимо им назначить деньги на провиант», — написал он своём отчёте. Лесничие преимущественно находились в городах, потому что в селениях не было удобных помещений. Крестьянские дома состояли из одной комнаты длиною 2,5 сажени (5,3 м) и шириной до 2 саженей (4,26 м). Конечно, лесному чиновнику с семейством и канцелярией такое помещение не подходило. Поручик Маньковский (3­е Мамадышское лесничество) отличился тем, что умел извлекать «лесные доходы». В 1853 году Казанская палата обращала внимание на правильное употребление лесов и успешную продажу назначенных по смете лесных материалов. Площадь 3­го Мамадышского лесничества составляла 83 194 десятин (90 681 га). Здесь состояли на службе восемь конно­лесных объездчиков, два военно­лесных сторожа, 22 пожарных старосты, 138 полесовщиков.

В 1867 году площадь 3­го Мамадышского лесничества составляла 59 344 десятины (65 278 га), из них чуть большую часть занимали казённые дачи, а остальную — крес­атьянские. У лесничего на службе состоял помощник, зачисленный в корпус лесничих, и кондуктор третьего разряда. Кстати, кондуктор Андрей Шевлятич окончил Липецкое егерское училище в 1865 году и с того же периода служил в лесничестве «усердно и добросовестно», так его характеризует лесное ведомство. А также в штате лесничества несли службу 155 полесовщиков, 22 пожарных старосты, шесть объездчиков. Общая сумма годового содержания составляла 1 935 рублей 48 копеек.

В 1867 году в 3­м Мамадышском лесничестве проводилось лесоустройство. В его состав входило девять казённых дач: Чуринская, Бурминская, две Мешебашские — первая и вторая, Отарская, особая часть Чуринской казённой дачи в оброчной статье, Костенеево­Мешебашская, Семитская, Ятмас­Дусаевская.

Лесничими 3­го Мамадышского лесничества работали поручик Илья Маньковский (1853–1855 гг.), Константин Осипович Совримович (1863 г.), прапорщик Фауст Иосифович Кончевский (1866 г.), коллежский советник Михаил Иванович Лаховицкий­Чехович (1881 г.). Современное выражение «работал», которое мы часто употребляем применительно ко всякого рода деятельности, никак не подходит к офицерам корпуса лесничих. Они служили на страже леса. Коллежский секретарь Митрофан Николаевич Ломакин был лесничим 3­го Мамадышского лесничества с 1889 года. Коллежский секретарь в России — это гражданский чин 10­го класса, лица, его имевшие, могли занимать низшие руководящие должности. М. Н. Ломакин прослужил в должности лесничего 3­го Мамадышского лесничества до 1895 года, повысившись в чине до коллежского асессора. Так назывались чиновники гражданского чина 8­го класса, до 1845 года его обладателям давали потомственное дворянство, а после — только личное. При М. Н. Ломакине отремонтированы дороги с устройством мостов на сумму 1 147 руб. 93 коп. Дом лесничего 3­го Мамадышского лесничества располагался в деревне Нырты.

Налаженный ритм ведения лесного хозяйства под управлением Лесного департамента прерывается со сменой политической власти в России. Первая мировая и Гражданская войны, революция 1917 года отрицательно сказались на состоянии лесов Республики Татарстан. Хаос и безвластие, творившиеся в молодой республике Советов, привели к опустошительному истреблению зелёного богатства России. Лесное хозяйство ТАССР выдержало не одну реорганизацию. В 1918 году Лесной департамент заменило Центральное управление лесами. На территории Казанской губернии организованы 44 лесничества. В Мамадышский уезд входило восемь лесничеств, в том числе Мешебашское и Семитское. Острой проблемой стало обеспечение населения топливом, в ту пору — дровами. В 1922 году образовано Управление лесами Наркомзема ТАССР. Этому ведомству в числе других необходимых мероприятий предстояло организовать охрану лесов от самовольных порубок, пожаров. В 1922 году зафиксирован вопиющий факт: в одном из лесничеств ТАССР самовольно срубили 800 деревьев. Нарушителей оправдали «из­за малочисленности лесной стражи, отсутствия в ней вооружения, а также распущенности населения». Не хватало специалистов лесного хозяйства. Условия работы в лесу, низкая зарплата, проживание в бараке вовсе не привлекали жаждущих трудиться.

До 1929 года в лесном хозяйстве основной управленческой единицей были лесничества. Мешебашское лесничество имело площадь 21 571 га, Семитское — 17 843 га. Районные лесничества делились на участковые. Семитское районное лесничество с участковыми лесничествами — Чуринским, Семитским и Арским — входило в Арский кантон (район). Здесь преобладали ель и мягколиственные породы деревьев. Мешебашское участковое лесничество в 1920­е годы относилось к районному Кляушинскому лесничеству Лаишевского кантона. Сюда входили дачи: Мешебашские — бывшая казённая и сборная, Менкечская, Уразьбашская, Шемяковская, Туркашская, бывшие частные Юнусова, Зайцева. В Мешебашском участковом лесничестве преобладающими породами были ель и липа. Максабашские дачи оказались в составе Метесковского участкового лесничества, входящего в районное Карабаяновское лесничество. Основным производством лесного хозяйства были вывозка, сплав, разделка, лесопиление. Работы в лесу производились вручную, вывозились гужевым транспортом, то есть конным.

В 1931 году организуется Татлесхозтрест, в его состав вошли вновь созданные шесть лес­промхозов, в том числе Сабинский. Однако на следующий год ЛПХ переименовывается в лесхоз. Сабинский лесхоз состоял из Шеморданской, Мешебашской и Метесковской дач Ленинского лесоучастка бывшего Абдинского леспромхоза, центром его служил кордон в Мешебашском лесничестве. Общая площадь сабинских лесов составляла 53 858 га. 1931 год считается датой основания Сабинского лесного хозяйства. В 1930­е годы вокруг Мешебашского лесничества началось строительство бараков. С тех лет ведёт начало посёлок Лесхоз. Строителями его были жители близлежащих деревень, они же и начали работать на лесоповале. Основными инструментами тогда были топоры и ручные пилы. К началу 1940 года Сабинский лесхоз состоял из трёх лесничеств: Мешебашского, Сабабашского и Шемордан­ского (бывшего Семитского). Площадь лесхоза
составляла 38 726 га, а покрытая лесом — 34 493 га. Самое крупное лесничество — Шеморданское — занимало площадь 16 369 га (14 160 га — покрытая лесом).

Руководители Сабинского лесного хозяйства часто сменяли друг друга. Первым называют Ахметова (1932 год), за ним следует Закир Мусин. С 1936 по 1938 год директором Сабинского лесхоза был Лотфулла Хасанов, его сменил Фатих Медведев. С началом Великой Отечественной войны все работники лесхоза привлекаются к заготовке древесины. Основным топливом являются дрова. Для фронта изготавливаются лыжи, ящики для мин и патронов, черенки лопат, а также производится дёготь, ведётся сбор смолы и лекарственных растений. С 1942 года увеличивается выпуск товаров народного потребления, в сжатые сроки изготовлено свыше 50 бочек и более 500 мостов телег. Помогали фронту и продуктами, и вещами: в 1943 году Сабинский лесхоз отправил 70 кг сушёной малины, 24 кг масла, 117 пар носков и тёплую одежду для солдат.

В годы войны на селе мужчин заменили женщины. Фатима Валиева возглавляла Сабинский лесхоз с 1943 года, она — единственная женщина­руководитель в истории Сабинского лесхоза. Ещё до войны несколько девушек поселка Лесхоз обучались пять месяцев в автошколе на шофёра, им пришлось порулить в тылу. Одна из них, Сатига Фахрутдинова, в 1943 году получила Почётную грамоту Президиума Верховного Совета ТАССР «За отличную работу по выполнению плана заготовок вывозки и погрузки дров для железнодорожного транспорта». В Музее леса хранятся вещи труженицы тыла Сайдыбанат Бикмухаметовой.

С наступлением мирных послевоенных лет работы в Сабинском лесхозе не убавилось: надо было восстанавливать лес, заниматься посадкой саженцев, сбором семян. Но в пятидесятые годы прошлого века часто менялись руководители, что привело лесное хозяйство в упадок. В поисках лучшей жизни жители посёлка стали переезжать в другие села. Казалось, выхода из экономического кризиса не было видно. Однако по счастливой случайности, а может закономерности, в Сабинский лесхоз направляют перспективного специалиста Нургали Миннихановича Минниханова. Он хоть и был молод, но успел получить специальное образование в Лубянском лесхоз­техникуме, прослужить в рядах Военно­морского флота, а по возвращении поработать восемь лет в лесничествах Кзыл­Юлдузского лесхоза помощником лесничего и лесничим. Нургали Минниханов не испугался трудностей, которые его ожидали, и решил взяться за новое дело. «Один в поле не воин» — гласит народная поговорка. Будучи прекрасным организатором, новый руководитель собрал жителей посёлка, чтобы поговорить с ними о дальнейших планах по подъёму лесного хозяйства. Он обратился к ним с воодушевляющими словами: «Оставайтесь здесь, будем вместе поднимать хозяйство. Если только вместе будем стараться, обязательно встанем на ноги! У кого есть таланты — все они будут использованы в хозяйстве». Сказанное пришлось народу по душе, вселило надежду на будущее.

И жизнь стала налаживаться. В 1960­е годы в посёлке Лесхоз наметились перемены к лучшему. Прежде всего улучшились социальные условия: из­за роста населения стали строить жилые дома, новое здание детского сада, школу со спортзалом. Благодаря стараниям Н. М. Минниханова в посёлок провели электричество, чего в соседних населённых пунктах ещё не было. Он намечал первоочередные задачи и последовательно их выполнял. Вслед за светом в домах появилась вода в кранах, затем природный газ. На улицах установили колонки, дороги и тротуары покрыли асфальтом.

Происходили позитивные перемены и в лесном хозяйстве. Приобретался транспорт для перевозки древесины, станки для деревообработки. Провели мероприятия, облегчающие рубку деревьев, погрузку и вывоз леса. Создали общество потребителей и рационализаторов, в которое вошло 27 человек. На него возложили серьёзные обязанности. И результат не заставил себя ждать. В течение года рабочие и служащие внесли 41 рационализаторское предложение. Они были рассмотрены советом, состоящим из пяти человек, и внедрены в производство, что позволило сэкономить значительную сумму.

Шестидесятые годы 20­го столетия знаменательны кампанией по обновлению природы, озеленению окружающей среды. Руководство Сабинского леспромхоза решило разбить фруктовый сад на площади шесть гектаров. В 1963 году здесь посажены яблони, вишня, смородина, рябина и другие плодовые кустарники и деревья. Большую помощь в разведении сада оказали учащиеся и учителя школы посёлка Лесхоз. По желанию лесхозовцев выращивать в своих садах фрукты и ягоды дирекция леспромхоза обеспечила их саженцами.

Период деятельности директора Нургали Миннихановича Минниханова совпал с реорганизацией лесхоза в Сабинский леспромхоз. Леспромхоз просуществовал с 1963­го по 1992 год. В 1962 году Н. М. Минниханов совместно с директором Татарской лесной опытной станции А. И. Мурзовым начали разработку технологии и внедрение постепенных рубок в лесах Сабинского лесного хозяйства. Впервые на базе Сабинского лесхоза проводились экспериментальные постепенные рубки. Для этого подобрали спелое осиновое насаждение с еловым подростом площадью 5,5 га. Разработали технологическую карту рубки, направленную на сохранение подроста и оставляемых для дальнейшего выращивания деревьев, и на этом полигоне обучали специалистов лесхоза и лесничеств технике проведения постепенных рубок. При непосредственном участии Н. М. Минниханова специалисты лесхоза сами произвели отвод участка под рубку, наметили и разрубили волоки. Далее провели отбор и клеймение подлежащих рубке деревьев, следили за процессом разработки лесосеки, а затем дали оценку произведенной рубке. Разработка лесосеки проводилась малой комплексной бригадой трактором ТДТ­40, трелёвкой хлыстов за вершину.

Экспериментальная рубка дала положительные результаты. На каждом гектаре было заготовлено по 72 куб. м относительно крупномерной древесины, хорошо сохранился еловый подрост, выявлено небольшое количество повреждённых деревьев, оставляемых на дальнейшее выращивание. Таким образом, в условиях лесхоза доказано преимущество несплошных рубок над сплошнолесосечными. А специалисты лесхоза и лесничие получили навыки практической работы по проведению постепенных рубок с сохранением подроста и убедились в перспективности ресурсосберегающих несплошных рубок леса. Этот положительный опыт и практическое обучение специалистов лесхоза проведению несплошных рубок сыграли решающую роль в судьбе Сабинского леспромхоза.

Благодаря внедрению прогрессивных, ресурсосберегающих рубок Нургали Минниханович Минниханов решил проблему обеспечения леспромхоза древесиной. С 1981 года леспромхоз решительно перешёл на заготовку древесины по технологии несплошных рубок. В этом направлении особенно эффективно работали коллективы Корсинского и Шеморданского лесничеств (лесничие В. Н. Гиззатуллин, М. С. Галиев).

Возможно, Н. М. Минниханов и не смог бы «пробить» и широко воплотить в жизнь свою идею, не будь поддержки рабочих. И одним из основных сторонников новшества, первым опробовавшим его стал бригадир комплексной бригады Хатип Фатихович Галиев. За высокие достижения в труде, за личный вклад в рациональное использование лесных ресурсов ему в 1988 году присуждена Государственная премия СССР. На свой страх и риск, в перерывах между визитами строгих ревизоров он осваивал новый метод рубки. Работал с азартом. Может быть, потому, что он был тогда молодым, скорее всего потому, что понимал — технология позволит сохранить лес… И новаторы победили. В 1984–1987 годах Сабинский леспромхоз полностью перешёл на постепенно­выборочные рубки.